Алина Витухновская (blackicon) wrote in a_vituhnovskaya,
Алина Витухновская
blackicon
a_vituhnovskaya

АРХИВЫ

Оригинал взят у blackicon в АРХИВЫ
Копаясь в интернете, набрела на сайт об этой, безусловно, интересной поэтессе. Её стихи могут шокировать, вселять восторг или вызывать отвращение, но равнодушными они точно никого не оставят.

В середине 1990-х Алина Витухновская оказалась самым медийно востребованным молодым поэтом России, подвергшись преследованиям со стороны ФСБ , и став узником Бутырской тюрьмы. Несмотря на скепсис некоторых критиков, очевидно, что стихи Витухновской заслуживают самого внимательного прочтения независимо от биографического фона. В этом лишний раз убеждает недавно вышедшее большое собрание текстов поэта.

В «умной» литературной среде Алину Витухновскую принято не любить. В период ее шумной известности, связанной с судом и отсидкой, продвинутые аналитики посмеивались над тем вниманием, которое уделяли ей проникшиеся правозащитным пафосом респектабельные представители старшего поэтического поколения вроде Кедрова и Вознесенского. Мол, для того, чтобы быть замеченным, молодому поэту нужно угодить в Бутырку, в противном случае члены ПЕН-клуба о нем вообще не узнают, а между тем существуют десятки двадцатилетних стихотворцев, ничуть не менее талантливых и заслуживающих как минимум такой же благосклонности. И Витухновскую на их фоне никто бы с такой страстью не выделял, не стань она героиней столь громкой истории. Говоря так, скептики впадали в крайность, обратную той, которой грешили Кедров и Вознесенский.

Уравнивать Витухновскую с большинством ее ровесников-стихотворцев, в том числе и активно раскручиваемых пропагандистами так называемой молодой литературы, тоже нельзя. Не потому, что ее стихи лучше, а потому, что они представляют собой нечто очень обособленное и, безусловно, узнаваемое с первых строк (хотя ситуация несколько замутнена эпигонами). Культовым чтивом радикалов, каковым сочинения Витухновской являются или по крайней мере являлись еще совсем недавно, обычная поэзия не становится, даже если автор садится в тюрьму. Для того чтобы начать играть такую роль, необходим особый посыл. В стихах Витухновской он присутствует. Да и про радикалов тоже можно забыть — бог с ними, с радикалами. Словесной одаренности Алины хватило бы на сотню новомодных молодых литераторов, читающих свои тоскливые верлибры по клубам и приумножающих тем самым комфортный духовный вакуум, который даже в 1990-х не был таким дремучим и непроницаемым, как сейчас.

По книге «Черная икона русской литературы», в которой собрана большая часть стихотворных и прозаических вещей Витухновской, хорошо видно, что она — поэт неровный. Совершенно незапоминающихся, вялых и невнятных стихов здесь достаточно. Но Витухновская — из тех поэтов, для которых луга важнее, чем соты: они пишут много, и на определенное количество «словесной руды» неизбежно приходится несколько удач, а то и шедевров. Но дело не только в удачах. Витухновская — в числе тех немногих, кто создал один из основных стилей альтернативной русской словесности минувшего десятилетия. В противовес любителям чисто игрового или подчеркнуто интеллектуального подхода к письму, продолжающего постмодернистскую линию, Витухновская сделала ставку на безудержный максимализм и серьезность — и не ошиблась. В результате ее стихи сейчас занимают одно из первых мест в ряду новейших текстов, так или иначе связанных с модернизмом и классической традицией в расширенном понимании. Программный трагизм, навязчивая тема смерти, провокативные фашистские мотивы и полуфутуристическая форма даже не в самых лучших своих проявлениях выглядят весьма выгодно на фоне нынешнего поэтического апокалипсиса, творимого гуманитарно образованными яппи и завсегдатаями живых журналов.

«А мы-то знаем, как приходят тараканы — Их носят карлики, как лебедей, на ручках», — читаем мы в одном из стихотворений книги. Витухновская существует внутри канона, противостоящего канону тараканов и карликов, и уже поэтому ее стоит читать. 

Кирилл Решетников 


:: «Смотри»,- ты мне пальцем ткнула ::

«Смотри», — ты мне пальцем ткнула, — «Это новое время года. 
Осень». Я видела только, как черепаха панцирь свой поглотила. 
Всяких погод была очевидней мода, 
да и та уже уходила. 

«Конец XX века» — уже не скажешь, скорее конец 
времени. Просто Конец Времени. Без шуточек декаданса. 
Времени года нет. Времени нет. 
Остается пространство. 

Где, как хриплая пасть, рвался центр города, 
атрибуты столетья заглатывая постепенно, 
там стояли мы, наблюдая модного, 
последнего модного, уходящего за горизонт манекена. 

А карличек закапывал «Zippo» и «паркеры» 
бездумно (так смерть не ищет причины) 
и мчался в космос из супермаркета 
последний в мире модный мужчина.

Мы занемели, страхом тужась 
нечеловеческого напряженья. 
И наглая прошлась сквозь ужас 
последняя в мире модная женщина.

От бога, от дьявола, друг от друга 
тщетно ждали подарка или подачки 
мы стояли мертвые от испуга. 
Шли манекены от Версаче.

Совета жаждали от Папы Римского, 
от чебурашки, Маркса и Фрейда. 
Но явь наполнилась внеисторическим 
от Лагерфельда.

Где город весь рвало по центру, 
где мертвецы бросали тень его, 
там шли мутанты люминисцентные, 
там шли мутанты от Бартеньева.

От сюра культи шли. Оккультный подиум. 
Открылась подлинность, лишаясь культур. 
Сиюминутное, секундномодное 
Конечесветие от Кутюр.

Subscribe

  • БЛЕСК И НИЩЕТА ПРИДВОРНОЙ ОБСЛУГИ

    О СНОБИЗМЕ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ПРИДВОРНЫХ И ТЯЖКОЙ СУДЬБЕ ИМПЕРСКИХ НАЦИОНАЛ-ПАТРИОТОВ. СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ "НОВЫХ ИЗВЕСТИЙ" Мать «великого» российского…

  • ГИБРИДНАЯ ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ

    О ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ ГИБРИДНОЙ ВОЙНЕ, ГЛОБАЛЬНОМ КРИЗИСЕ КОМПЕТЕНТНОСТИ, МЕНТОВСКОЙ ЛОВУШКЕ ПОД ВИДОМ "УГ" И ПРОЧИХ АВТОХТОННЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЯХ…

  • АУРЕН ХАБИЧЕВ О МОЕЙ КНИГЕ "ЦИВИЛИЗАЦИЯ ХАОСА"

    На мой взгляд это колоссальный труд философа и мыслителя, что живет в наше время, взявшего на себя ответственность низвести в пух и прах все…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments