April 12th, 2015

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЁМ?



"Судить о не-человеке по текстам - дело неблагодарное", - заметила мне фройляйн Алина после ознакомления с некоторыми из моих фантазий о ней, вызванными к жизни глубоким погружением всего состава моего в причудливый мир её поэзии. - А почему бы и нет? - дерзаю возразить я. - Тем более, что это вовсе не говорит ещё о моём намерении абсолютизировать выводы. В конце концов, о боге мы тоже привыкли судить по его Слову. Весь мир - не более, чем мегатекст. Может, нам пора пересмотреть наши взгляды на мироустройство и всё такое прочее, объявив их заблуждениями, детерминированными божественной лингвистикой?

Что, если и бог кротко рассчитывает быть понятым не только исходя из его зримой текстуальной основы? Кажется, на этот случай и предусмотрена йога. Но не тут-то было! - это же чёрт знает как лень - сидеть двенадцать часов в позе лотоса с приостановленным до критической точки дыханием. Куда занятнее листать книжку с картинками, сопровождая увиденное остроумными комментариями. Да, все мы многого друг о друге не знаем. Однако, всегда ли знать "много" означает знать "хорошо" или хотя бы - знать "что-то"?

Не уверен, что что-либо из того, чего человек не намерен афишировать, способно было бы заменить мне хоть одну единственную стихотворную строку, его перу принадлежащую. Я слышал об одном музыканте, который по манере исполнения музыкального произведения умеет рассказать всё о мировоззрении исполнителя. "Вот этот - атеист, а вон тот пришёл нынче на исповедь", - зорко замечает он, прослушав небольшой отрывок. Наше чувство слова (если только оно у нас вообще имеется) должно бы работать не хуже.

За себя скажу, что, когда передо мной бывает раскрыт какой-либо из текстов Alien, я без труда понимаю, что имею дело с личностью уникальной, небывалой, с кем-то подобным цветку сирени, у которого не пять, а пятьдесят пять лепестков даже, понимаю, что есть в природе существа, написавшего эти несусветные тексты, нечто, чего не отыскать ни в одном другом существе на свете. Ни на что не похожие гармонии (горгонии, по сути!). Невероятный ритмический рисунок (изящнейшее балансирование на носу летящего в тартарары "Титаника" без страхующих крыльев Ди Каприо за спиной). Система образов, выходящая за рамки человеческих ожиданий. Экспрессия мощностью в несколько тысяч мегатонн. Ошеломительно. Из неафишируемых вещей, стало быть, можно подозревать всё, что угодно: от практики каннибализма до... А, впрочем, всё уже давно за нас продиагностировано: "маниакально-репрессивный психоз". Соглашусь ли я с диагнозом? - Да, если посмотрю сквозь призму "человеческого" моего опыта. Нет, если отважусь взирать со ставшей уже хрестоматийной высоты 6000 футов над его уровнем. Так "да" или "нет"? Скорее всего, я пошлю закон исключённого третьего в ту шершнями однозначности жалящую даль, откуда он и приполз. Почему я непременно должен соглашаться с чем-то или не соглашаться? Я, как всегда, предпочту изумление, помноженное на верность неисчерпаемости Тайны.

Niflung

Alina Wituchnowskaja || Schwarze Ikone || Gedichte und Prosa



Aus dem Russischen von Barbara Lehmann und Alexej Khairetdinov. Alina Wituchnowkaja ist eine schwarze Ikone der radikalen Moskauer Jugend. Ihr Schreiben ist eine existenzielle Auflehnung gegen die Zumutungen des post-sowjetischen Lebens. "Schwarze Ikone" ist der rücksichtslose Mitschnitt zeitgenössischer Gemütszustände.

Заказать книгу Алины Витухновской "Чёрная икона русской литературы" в переводе на немецкий можно здесь:
https://www.perlentaucher.de/buch/alina-wituchnowskaja/schwarze-ikone.html

НОЛЬ - ALIEN. ИЛИ МЕЛОЧНЫЙ ВОПРОС (с)



"Фауст: Как ты зовёшься?
Мефистофель: Мелочный вопрос
В устах того, кто безразличен к слову..." (И.-В. Гёте)

Все мы - только темы для чьих-то разговоров, объекты чужого, изредка - своего собственного минутного любопытства.

"Кто ты?" - первый вопрос, который задаёт Маг, стоя в своём охранном круге явившемуся на его властный зов духу. "Безбрежное море загадочных теней", - читает он в непроницаемом взгляде Демона, мучительно вспоминающего человеческие слова...

"Кто я?" - Тяжесть этого вопроса с детских лет лежит на плечах всякого любознательности не лишённого существа, не привыкшего "закон Очевидности" принимать за истину в последней инстанции, - лежит исполинской сферой, мерцающей иллюзией готовности, иллюзией ожидания лишь импульса к саморазоблачению.

Кто-то зовёт эту сферу (томящийся в ней Ответ) мировым разумом, кто-то - судьбой и неизбежностью, но те, в ком вечно готова подать голос странноватая склонность к изящным поступкам, позволили себе догадаться, что безымянность - лучшее ИМ-Я для "Я", никаким "ИМ" не подотчётное, - для того "Я", которое в кажущемся таким оправданным и таким отзывчивым к своим собеседникам "кто я им?" безошибочно угадывает лишь первую ступень отступничества от глубины, ведающей одно только "кто я самой себе?".
Да и последнее - разве что при северном ветре.

"Только НОЛЬ стремится стать ЧЕМ-ТО" - считают те, кто не открыли в себе НУЛЯ (себя как НОЛЬ).

Открывшие знают, что в НУЛЕ нет ни стремлений, ни памяти о бытии ЧЕМ-ТО. НОЛЬ-Alien не "стремится" - НОЛЬ-Alien лишь отрицает.

Что отрицает? - "Досадно малый штрих". Огонь, пожирающий ветхую постройку, неизбежно кажется хозяину постройки претендующим на что-то, а, между тем, ничего ему так не желанно, как дотла избыть себя.

Niflung