June 10th, 2016

К ДЕВОЧКЕ

Русский художник - он как девочка, как пассионарий. Ну девочка и пассионарий он и есть. (Не знаю, что и хуже.)
Всё время тяготеет к "сильному плечу". К евразийству, народничеству, левачеству, массам. К иллюзии, к манипуляции. Заигрывает. Ласкается. Отвешивает комплименты. Но гешефты на творчество получает исключительно "буржуазные" - финансовые т. е. Общественно-тусовочное крышевание я приравниваю к тусовочому гешефту. То есть, художник сей на голубом глазу врёт. По аналогии с "а сало русское едят", все эти люди монетизированны и развитуарализированны (бытийственны) сугубо с в "евро уплочено". На кого сие рассчитано? На публику-дуру? Ну такой уж нет. Дура то здесь одна. Та же, что и девочка. По совместительству.

Алина Витухновская

ГЕДОНИЗМ КАК ФОРМА УПРАВЛЕНИЯ

Полагаю, в идее о "принципе удовольствия", коя и впрямь стала основополагающей идеей пассивного большинства, был априори заложен не научный, но "элитарный" социально-деструктивный смысл. Примерно тот, что в психоделической революции, но, якобы, для "нормальных". "Нормальными" здесь я называю всю ту категорию добровольных нищих, отказавшихся от социальных и бизнес вершин, во имя "состояния", "счастья" и прочих сиюминутных ускользающих фетишей.

Алина Витухновская

ОККУПАНТЫ ИСЧЕРПАННЫХ СМЫСЛОВ

Оккупанты исчерпанных смыслов, тем временем, занимают свои шезлонги в крымском Дахао, в этом гетто поверженной "империи", продолжающей накачивать свои виртуальные мышцы. Претендуя на роль властителей дум и кошельков обреченных пенсионеров русского ничто, латентных (и не) патриотов небытия, неосовписы рифмуют пошлейшее какое-нибудь крым-рим в пионерско-некрофилическом каком-то предсмертном уже угаре. Порнографически-непристойная агония некогда лиц и ещё более некогда - статусов.

Крым вошёл в состав,
А ты
Стал
Субъектом
Пустоты?

Алина Витухновская

ГНОСТИЧЕСКИЕ НАБРОСКИ



Пьяный, пахнущий перегаром, нищетой и глубокой сексуальной неудовлетворённостью в гостиную ввалился Денщик. Грузным своим по-крестьянски разухабистым телом он как бы намеренно, с некоей классовой что ли претензией заполнил собою кажется всё пространство, а потом поскользнулся на им же уроненным, краденом с кухни бутерброде, пал на пол, свалил плетеное из лозы кресло, купленное хозяйкой на распродаже, уткнулся обиженной, словно у хорька, но хищной и подленькой мордочкой ей в сапоги и завопил - "Не губи меня, не гони прочь! Не виноватый я! То гностическая подлость мира сбила меня с толку! Во всём виноват Иалдабаоф!"
И брезгливо отпнутый тут же словно бы укатился в своё какое-то денщиковое небытие, в инфернальное подполье.

Алина Витухновская

ДЫРА ХОХЛОМСКОГО НЕБЫТИЯ



Здешняя действительность становится всё более вязкой, болотистой, изматывающей, пространство сжимается, словно шагреневая кожа, время - то и вовсе ускользнуло ошарашенной устрицей в чёрную дыру хохломского небытия.
В таком странном, сюрреалистически-депрессивном ритме некоторые явления словно бы исчезают насовсем, целые пласты реальности проваливаются в щели между мирами, утаскивая за собой и персонажей - где например Модные Люди, да и мода как таковая? Моды больше нет. Ведь нет создающей её структуры - буржуазного покоя нет, нет и драйва современности, нет современности как таковой. Разве что мелькнёт где-то на периферийном горизонте, завязанный в клетчатый шарфик как в петлю, как в предчувствие нищеты одинокий хипстер - неогоголевский этакий типаж...

Алина Витухновская