b_mikhailov (b_mikhailov) wrote in a_vituhnovskaya,
b_mikhailov
b_mikhailov
a_vituhnovskaya

НАДО СУЗИТЬ



Ускользающее понятие "экзистенция" столь же изысканно прекрасно, сколько бессмысленно.

Экзистенциалистами были "ПОЧТИГЕНИАЛЬНЫЕ" Камю и Сартр. Оба опорочили себя вступлением во "Французское сопротивление". Камю издает непристойно-банальный антифашистский роман "Чума". На злобу дня.

От "души", то есть, по-правде, то есть, в Экзистенциальном Прозрении, он пишет прекрасный роман "Посторонний", который мы можем трактовать как Бессознательно Правый. (Мерсо, убивающий араба, просто так, "из за солнца", приговоренный к смертной казни, и отказавшийся признать "вину" и "покаяться". Чем не герой? Да только лишь"постороннестью", экзистенциальностью. Недогерой. Чтобы стать Героем, ему не хватило только Ясных Воззрений, то есть Идеологии и Цели.)

Французы неплохо постарались, чтобы сугубо философское (в изначальном представлении) понятие "АБСУРД", стало практическим антагонистом ЦЕЛИ, ИДЕИ и СМЫСЛА. 

Так, и благодаря им, послевоенный мир становился все более безвольным, пассивным,"гуманистическим".(Привет извращенцу и агитатору, под видом "ученого" - Эриху Фромму!)

Сартр же вообще - метафизический предатель! Если проанализировать его роман "Тошнота", это станет очевидно. Книга ,конечно, детская. Но именно детей и обманывают "метафизические наперсточники"! 

Убедительное и оправданное отвращение к миру главного героя (не психопатология, но Онтологическая Честность Сознания - то есть, и опять(!) Понимание Без Идеологии, Гнозис Без Слов) - это не фантазия Сартра. Это сам Сартр.

И предает он, конечно, сам себя. А позже - читателей.
И прекрасно знает зачем.
Точнее, почем.

В конце книги ,вдруг, он благостным моралистом принимает то Бытие, что мучило и измывалось над ним, над подлинной его сутью.

Сей "неожиданный катарсис" происходит с "ним" (главным героем) в кафе, где проникновенный ди-джей - Его Внутренний Иуда кидает виниловую подсказку - пластинка, голос негритянки, а в ней "жизнь", и ты "понимаешь ее, принимаешь", и приветствуешь "звоном счетов".

Удушающе душевненько пошло для "экзистенциалиста"! Но Внутренний Иуда - пиар- агент и представитель по средствам со связями нашептывает:"Попроще, "человечней ",и побыстрей!"
Как говорится, чтоб бабам нравилось.

Известный Философ, великий французский писатель,и, напомним - антифа (!), получает свои тридцать сребреников, в переводе на статус, помноженный на задачи,поставленные перед ним "Элитой", Укрепляющей Позиции Софт-Насилия.

Сартр был награжден Нобелевской Премией.*

"Ад - это другие" - изрек писатель. Но он ошибся. В Аду не платят. Особенно другие. Особенно другим. Своим, если только.

А экзистенциализм? Подлинный, то есть вне исторического контекста и персоналий? Что являет собой?
Когда-то он был Изнанкой Меня (?) Лисой Внутри.

Из инквизиции Добытия
бежала я,
его зажав в отрубленных руках.
Он был моей синицей.
Синицей мертвой Полу-мертвеца.
Весь постмодерн,
весь постапокалипсис - 
все вышли из него.
Он был предвестником конца.
Но свой конец предусмотреть не смог.
Как живость неких энергичных истин,
он перестал существовать тогда,
когда с общественным мейнстримом слился,
подцепив опасный вирус.
Но виделась ему сама невинность
в том вирусе.
Диагноз всем знаком.
Он "детскою болезнью гуманизма" мною назван.
Больной ей истощаем до сих пор.
Он, в некотором смысле, нынче мертв.
Как и все то,
что не перешло в террор.
(Исчезнет все, что будет безопасно.)

...Чем экзистенциализм прельщал меня еще?
Концентрацией идеализма и убийственной ясности.
Но он был "вещь в себе". Не проецируясь на здешнюю реальность,ускользал и мимо меня. 
Он не переводился. На язык. Вообще.
Он был аутентичен молчанию.
Он аутичен как античный мертвый мальчик.
И европейские смыслы не переводились на русские.
И цензор-звук глушил нас русской речью, гулом Левитана.

И было радио дыр и ада в пустом театре Арто Антонена.
И Я-Ничто орало безротой антенной.

Однажды,он вылез вечностью, что-ли, змеистой.
Вылез из детства (одного из моих детств) - школьным сочинением "о конце литературы и гуманизма".
И тут же был повешен охуе... ( в завитушках и бигудях, среднестатистически-дебиловатой учительницей). Повешен на Знак Вопроса. (Советская Инквизиция!)
"Не понятно о чем!" - честно призналась она. И отчего-то добавила, как-бы осуждающе, но при этом пугливо: "Эх ты, пятерошница!"

Потом я хотела совместить экзистенциализм и "фашизм".
(Свой собственный "фашизм", а не мифологически-профанический). Ускользающие тонкие смыслы и правая ясность. Плюс личная мифология и метафизика. Добытийная и неприкосновенная.

Единственным стОящим правым философом-экзистенциалистом был Мартин Хайдеггер.
Но он оказался для меня как Хлебников в униформе.
Ассоциативно,конечно.
Словоболезненное нечто. Не мое.
Медузным медленным интеллектуалам - это.

В русском переводе Хайдеггер практически не читаем. Либо же его надо изучать в общем контексте. Основательно и всерьез. Желательно, в немецком Университете.
Но меня не интересует философия и метафизика "вообще". Только в политическом практическом приложении.
Хайль Хайдегер! И прощай!

Итак,минус Хайдеггер.

Осталась одна я.

И арифметика, как политика.

Сейчас (и для себя), я соответствую той идеологической и метафизической простоте, к коей стремилась. Ей же я и соответствовала изначально.
Остальное - кратковременные мутации, метание, посторонняя информация - все это суета сует.
И, значит,за борт! 

Собственно, весь этот текст - лишь предисловие к простым вопросам.
Соответствовала ли моя детская экзистенциальность экзистенциальной философии? Или одно наложилось на другое? 
Сохранилась ли экзистенция во мне? Если сохранилась,не стоит ли выдрать ее из мозга напрочь? 
Ибо - лишь ИДЕАЛЬНОСТЬ и ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ.
А они отвергают излишества. И самость их отвергает.

Вот, вопрос о том, есть ли экзистенция - излишество, желаю разрешить.

Для начала экзистенция.

Если да, то за борт!
Сейчас - ее. 

И ,далее - по списку.

* - В том же 1964 г. писатель был удостоен Нобелевской премии по литературе "за богатое идеями, пронизанное духом свободы и поисками истины творчество, оказавшее огромное влияние на наше время". Сославшись на то, что он "не желает, чтобы его превращали в общественный институт" и заявив, что при ее присуждении организаторы "игнорируют заслуги революционных писателей XX века", Жан Поль Сартр от премии отказался.

Тем не менее, признание Шведской академией заслуг Сартра упрочило его славу. Правда, к славе писатель всегда относился с характерным для него скептицизмом и даже некоторым пренебрежением.

С начала 60-х годов Сартр больше занимался политикой, чем литературой или философией. С усердием религиозного реформатора он стремился восстановить "доброе имя социализма". Писатель много путешествовал, активно выступал против классового и национального угнетения, отстаивал права ультралевых групп, участвовал в студенческих бунтах в Париже в 1968 г. Решительно осуждая американское военное вмешательство во Вьетнаме, Сартр принял активное участие в организованной Бертраном Расселом антивоенной комиссии, обвинившей США в военных преступлениях. Он горячо поддержал китайские преобразования, кубинскую революцию, однако в дальнейшем разочаровался в политике этих стран.

В последние годы жизни Сартр почти ослеп из-за глаукомы. Писать он больше не мог, но от активной жизни не отошел: давал многочисленные интервью, обсуждал политические события с друзьями, слушал музыку, просил Симону де Бовуар читать ему вслух.
Умер Жан Поль Сартр 15 апреля 1980 г. В некрологе, напечатанном в газете "Монд", говорилось, что "ни один французский интеллектуал XX века, ни один лауреат Нобелевской премии не оказал на культуру такого глубокого, длительного и всеобъемлющего влияния, как Жан Поль Сартр".


Алина Витухновская
Ссылка на автора обязательна.
Tags: АрхивЪ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments