b_mikhailov (b_mikhailov) wrote in a_vituhnovskaya,
b_mikhailov
b_mikhailov
a_vituhnovskaya

Category:

Алина Витухновская. Разница между русским и английским преступлением (отрывок)



1. Стиль

Итак, Английское Преступление – это, прежде всего, Умысел. Тёмные Воды. Архетипическая Пытка.
Шизоузор, ткущийся изощренным, последовательным, утонченным Психическим Художником. Богом Изысканного Момента. Узор, что вплетается в Явь. Продуманно. Педантично. Расчётливо.
С дендистским шиком и богемной легкостью Подлинного Мастера,"Идеального Злодея".
Английское Преступление - это кич Сверх-Идеи. Экзистенция Аморального Индивидуализма. Своя Игра.

Антиницшеанская бездна, таящая в себе тревожную кровожадную глубину, сокрытую в простеньком, примитивном, в детском, и потому подлинно, онтологический чудовищном - в Той Самой Песенке.
Мальчик, ты же помнишь, что Мистер Майка ждет тебя за углом! И тебя манит эта безысходная геометрия кошмара.
Когда Агата Кристи оживает под джазовый оргазм Майкла Наймана, Дэвид Линч заменяет собой Достоевского.
И над проклятыми русскими вопросами эротическим шепотком - тончайше-чеширское - “Кто убил Лору Палмер?”

Английский стиль в искусстве - это фашистский стиль.
Дэвид Боуи вместо Адольфа Гитлера. И Английская Королева вместо Магды Геббельс.

Английское Преступление имеет хищное множество ядовитых смыслов и уровней – интеллектуальных, философских, эстетических, психопатологических.
Оно выходит за грани криминала как такового, приобретая статус экзистенциального опыта, Магического Действа. Английское Преступление – это детектив без рефлексии.
Раскольников без Достоевского. Право, отменяющее тварную дрожь. Английское Преступление - это, прежде всего, Качество. Стиль.Порода.

2. Русское Иное

Русское Преступление - Безысходно Иное. Поверхностное. Больное мякотью случайных страстишек. Лубочное. Душевненько-лоховское, словно шапка-ушанка на мамлеевском мертвяке, что крадена бесцельными бомжещупальцами.
Порою Русское Преступление дико и дегенеративно яростно. Неистово жестоко. В нём – то злобненькая водочная удаль, то слезливое раскаянье. Христианского много в нём. И нечто есть овечье-плебейское.

Либо зло оно, патологично, чикатилисто, разухабисто. Либо – по-дурному совсем блаженно, насекомо как-то и равнодушно.

Русское Преступление пусто.

И эмоции, вызванные им, вполне укладываются в ленивое восклицание “Охуеть!”, выражающее традиционное на Руси почтение перед всем, что хоть сколько-нибудь нарушает опостылевшую Обыденность. Но в “Охуеть!” этом нет ни удивления, ни радости.

Русское Преступление лишено изощренности. Как правило - это бытовуха.
В качестве орудия убийства русские используют кухонную утварь - нож или сковороду.

Русское Преступление местечково и не эстетично.
В нем нет трагедии.
Трагедию в нем смог найти только режиссер Балабанов.
Больше никто.

Русское Преступление непрезентабельно. Даже для светской хроники.
При этом оно всегда – мэйнстрим.
"В подворотне нас ждет маньяк" - это знает любая школьница.
Когда ее изнасилуют и расчленят, она скажет: "Все умрут, а я останусь".
И станет гендиректором МТВ.

Смысл Русского Преступления неизвестен никому. Он невычисляем.
Разгадать его как сакральный намек, почуять как мерцание, как вибрацию намерения - невозможно. Этого не смогли сделать даже Русские Писатели. Ни Мамлеев. Ни Достоевский. Ни Сорокин.
Все они лишь имитировали, будто чуют этот смысл.

Смысл Русского Преступления нельзя придумать постфактум. Его можно лишь фальсифицировать, надиктовать. Сие входит в компетенцию определенных органов. С целью прикрытия гос. промахов, а также создания в обществе ситуации "стабилизации" (“дестабилизации”) и прочей “оперативной работы”.

Фальсификация Русского Преступления - сама по себе - Государственное Преступление.
Оно же, в свою очередь, всегда является Антирусским и Антинародным.

Корысть редко становится мотивом Русского Преступления. Но она - то немногое, что может придать ему подобие смысла.

Масштаб Русского Преступления, порой огромен (и, в этом случае, прикрываются государственные или клановые интересы). Либо – ничтожно мал (в малости этой есть нечто неприличное, почти порнографическое). Страдают от Русского Преступления существа, как правило, совершенно случайные.
Но страдают они недостаточно. Вяло.
Раньше страдали иначе. Была в страдании жутковатая удаль! Скомороший размах. Нечто Вселенское.

Русская Литература создала Культ Страдания.
А Русский Народ его уничтожил. Пропил. Проебал.
Русский Народ проебал Христа. Русский Народ проебал Мавромати. Просто забил.
Русский Народ проебал Мисиму, вместе с японским народом.
Оба они проебали Японию и Японский Императорский Флот.
Наиболее “продвинутые” променяли Японскую Культуру на Аниме.
Напоследок Русский Народ проебал Русскую Литературу.
(Иностранную литературу он проебал заочно. Принципиально и намеренно.)

Русский Народ перестал читать Русскую Классику. Ибо страданьем она полна.
Ибо чтенье, само по себе, для него есть страданье.
А Русский Народ не может больше страдать - у него своих проблем полно.
Хоть проблемы и ниже Страдания, в них нет ни шика, ни глубины. Зато всё как у людей.
Если Русского Человека пытать, он все равно не признается, что читать ему лень.
Русский Человек горд.

Русский Народ сомневается, что Власть действует ради его Блага.
Сомневается. Но верит. Иногда не верит, но голосует.
Русский Народ путает Благо с Нищетой и Олимпиадой.
Русский Народ путает Лень с Застоем.

У Русского Народа есть Воля.
Русский Народ могуч.
Но свойства эти он проявит только в “Час Х”.
Русский Народ верит, что “Час Х” неминуем.
Его нельзя проспать. Пропить тоже.
Говорят, его нельзя даже проебать.
Хотелось бы верить.

Но Русский Народ может проебать все.
Потому что ему ничего не жаль.
Даже собственных детей.
Потому что “жалость унижает человека”.
А стакан воды поднесёт робот.

Так Русский Народ познает отчуждение.

Алина Витухновская,
Ссылка на автора обязательна.

Tags: АрхивЪ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments